Волчья река  - Рэйчел Кейн

– Продолжай прижимать вот так. Тогда останешься жив.

Может быть.

Я слышу сирены, но не могу разобрать, с какой стороны. Если они из Вулфхантера, то мы с Майком, считай, уже такие же покойники, как детектив Фэйруэзер. Если это окружной шериф и ТБР, мы спасены. Я вижу, что этому парню практически все равно.

– Помоги мне, – шепчет он.

– Сначала ты помоги мне, – говорю я ему. – Ты из той банды, что изначально похитила Элли?

Он кивает. Ему страшно.

– Врача, – просит он. Между его пальцами сочится кровь. – Помоги.

– Ты знаешь, где сейчас девочка?

– Нет, – шепчет он. Губы его становятся нежно-фиолетового цвета. – Вызови помощь.

Я обыскиваю его на предмет другого оружия. У него хороший охотничий нож и еще более крутой пистолет в кобуре на «липучке» – я едва не просмотрел его. Забираю то и другое и бросаю их рядом с Майком, который полусидит, прислонившись к дереву. Майк открывает здоровый глаз и смотрит на нас.

– Продолжай зажимать сосуд и останешься жив, – говорю я стрелку. – Как тебя зовут?

– Чжао Лю, – отвечает он.

Майк выдавливает смешок.

– Для Китая это все равно что Джон Смит у нас, – замечает он. – Вряд ли это правда. – Поворачивает голову. – Откуда эти сирены?

– Не из Вулфхантера, – отвечаю я.

– Ты уверен в этом?

Глаза Чжао закрываются, он теряет сознание. Обмякшие руки сползают с шеи, и кровь течет сильнее.

– Черт! Пристрели его, если он попробует что-нибудь выкинуть. – Я сажусь на корточки и зажимаю его рану. Телефона у меня нет, но у Чжао есть, и я одной рукой набираю номер окружного шерифского управления.

Мы все доживаем до прибытия подкрепления: две машины окружного патруля, за которыми почти немедленно подъезжает третья, а замыкает колонну машина «Скорой помощи». Фэйруэзеровское «10–34» в конечном итоге сработало. Он спас нас. А я оставил его мертвым на дороге… Проклятье! Это мучает меня сильнее, чем боль в сломанных ребрах.

В течение часа прибывает лично окружной шериф в сопровождении полного фургона агентов ТБР в куртках с соответствующей надписью. К тому времени на мои ребра уже наложена повязка, и мне позволяют сесть рядом с Майком возле разбитой машины. Чжао лежит в «Скорой помощи», прикованный за руку к носилкам. Я невероятно устал, но никто не дает мне ответа на мои вопросы, а мне, черт возьми, нужно знать, что с Гвен и детьми всё в порядке. Я шумлю достаточно громко, чтобы наконец привлечь внимание шерифа, и он останавливается передо мной, расставив ноги в высоких ботинках и накрыв меня тенью от своей стетсоновской шляпы.

– О чем ты болтаешь, черт возьми?

– Гвен Проктор и дети. Они в доме Гектора Спаркса, – говорю я ему. – В Вулфхантере. Вам нужно вытащить их оттуда.

– Сейчас я этого сделать не могу. Мы займемся ими после того, как прищучим шефа Уэлдона и этого сукиного сына Карра.

– Вы знаете про Карра?

– Фэйруэзер сообщил нам о своих подозрениях. У нас есть ордер на обыск его укрепленного особняка. Если Элли Уайт там, мы доставим бедняжку ее родителям, живую или мертвую.

Шериф, плотный пожилой мужчина с бородой Санта-Клауса и глазами змеи, уходит прочь, не сказав больше ни слова. Мы с Майком смотрим ему вслед.

– Знаешь, – говорит Люстиг, – если его тоже купили, никто из нас не выберется отсюда живым.

– Они не могут купить всех.

– Это ты так считаешь.

– Расслабься, приятель. Ты будешь жить и снова печатать фальшивые денежки.

– Не смеши меня. – Он вздыхает. – Сожалею насчет Миранды. Мне она не нравилась. Но я спас бы ее, если б мог.

– Знаю, – говорю я и встаю. Всё болит, завтра я буду весь черно-синий, но пока достаточно твердо держусь на ногах. – Это не твоя вина, Майк.

– Куда ты собрался?

– Найти кого-нибудь, кто подбросит меня до Вулфхантера. Мне нужно убедиться, что с ними всё в порядке.

Но не прохожу я и пары шагов, как шериф возвращается. Несколько секунд изучает нас, потом говорит:

– Пойдемте со мной.

Майк, несмотря на все свои порезы и синяки, тоже встает.

– Куда мы едем?

Всё оружие, которое мы забрали у Чжао, уже испарилось, словно по волшебству. У меня его точно нет. Но Майк теперь, должно быть, ходячий склад потайного оружия.

– Сначала в логово Карра, – отвечает шериф. – А потом мы выручим вашу семью.

* * *

Едем мы примерно десять минут; поблизости от этого места больше ничего нет. Описание жилища Карра как «укрепленного логова» весьма точно; оно обнесено стенами из бетонных блоков, увитыми поверху колючей проволокой, с мощными прожекторами, освещающими периметр.

Центральные ворота разрушены, обломки валяются на земле.

– Что за черт? – спрашиваю я.

– Наши люди приехали сюда, чтобы предъявить ордер, – и оказались посреди небольшой войны, – объясняет шериф. Голос у него мрачный, как и предполагает ситуация.

За воротами стоят две патрульные машины вулфхантерской полиции; проблесковые маячки на их крышах мигают, но возле них никого нет… пока машина шерифа не проезжает чуть дальше, и тогда я виду трупы.

Между патрульными автомобилями лежат два мертвых офицера.

А потом я замечаю два горящих внедорожника и разбросанные повсюду тела. У подножия стены лежит мужчина в старом, дешевом «пустынном» камуфляже, который смотрится невероятно глупо в этой лесной стране. С другой стороны стены виднеется скопление из четырех или пяти строений, похожих на казармы.

– Что тут вообще произошло? – спрашиваю я.

– Насколько можно предположить сейчас, эти люди на внедорожниках явились сюда полчаса назад, – говорит шериф. – Завязалась полномасштабная перестрелка со множеством жертв. Потом приехали вулфхантерские копы, и их застрелили, как только они вышли из машин. Жён и детей Карра мы нашли в подвале.

– Вы сказали – «жён»? – переспрашивает Майк.

– Да, множественное число. Это какой-то бардак. Здесь орудовала некая реднековская ^[16] секта Судного дня, и Карр был их главным и почитаемым пророком. Оказывается, этот старый козел создал себе личное маленькое королевство и до сегодняшнего дня правил им.

– Он мертв? – спрашивает Майк.

– Его мы пока не нашли, но это сплошная чертова мясорубка. Насколько можно понять, люди во внедорожниках были наемниками, и они тоже мертвы. Постреляли друг друга в клочья. Понятия не имею, кто мертв, а кто пропал. – Он внимательно смотрит на нас. – Есть какие-нибудь сведения?